буллинг




буллинг


Буллинг, травля, абьюз пронизывают человеческие отношения.
Чтобы стать жертвой травли, достаточно чем-то выделяться на фоне группы, своего социума и не иметь достаточно ресурса для защиты от нападок.
Травлей занимаются в первую очередь для восстановления чувства собственной ценности.
Пассивные свидетели травли, как пассивные курильщики, так же находятся под деструктивным давлением ситуации.

Травля — социальное явление, лечится так же — групповым взаимодействием.
Лучшее, что можно сделать в ситуации травли, не принимать на себя проекции, которые летят в ваш адрес, а идти к людям за поддержкой.

Сложность 1: человек, попавший в ситуацию травли обычно уже имеет сниженный ресурс внешней или самоподдержки. Длительная травля усугубляет это состояние и тогда идти к людям может оказаться довольно сложным шагом, поскольку уровень доверия к этим самым людям очень снижается. Так человек оказывается в изоляции, тем самым часто провоцируя эскалацию. Тревожные расстройства, депрессии, ПТСР и прочие «прелести», к сожалению могут стать результатом такой изоляции.

Сложность 2: на рассказ о насилии окружающие могут откликаться очень по-разному, например садистически отреагировать свою травму буллинга, т. е. присоединяться к нападающим, или становиться психологически невовлеченными в рассказ, отрешаться, отвергать равнодушием.

Из наблюдений работы в группе с темой травли и насилия: всегда есть как минимум один участник, абсолютно не находящий в себе сочувствия к истории пострадавшего, занимающий роль насильника, оправдывающий его действия. Отклики участников группы могут варьироваться от искреннего сочувствия и злости на обидчиков, стыда, отвращения до интенсивной злости на пострадавшего, как того, кто допустил насилие в свой адрес.

Очень важно на первых порах, чтобы человек, оказавшийся в роли жертвы был способен выбрать для себя в качестве поддержки именно тех, кто в состоянии переживать к нему сочувствие.
Зачастую человек, допустивший насилие в свой адрес никак не заинтересован в этом, но не имеет достаточно ресурса, чтобы противостоять нападкам. Обвинения пострадавшего в обратном в большинстве случаев звучат как нападение, часто и являясь им в скрытой форме.

Находясь в бессилии или даже в беспомощности, человек нуждается в первую очередь не в том, чтобы разозлиться, а в поддержке, сочувствии и принятии его переживаний, рассказа в той форме, в которой он может это сделать. Трудно подбирать красивую форму, когда тебе очень плохо и все силы уходят просто на то, чтобы оставаться рядом с другими и продолжать открываться, когда весь твой опыт говорит «беги и не доверяй». Трудно слышать назидательные и стыдящие речи о том, какая неправильная форма у твоей жалобы и что она скорее злобная, чем по-настоящему жалобная, или что тебе конечно плохо, но потрудись стать понятным, а то нам лень тебя понимать и пр. и пр..

Когда кто-то вовлеченно слушает твой рассказ и может побыть рядом с тобой, не сильным, не идеальным и разбитым, возвращается ощущение собственной нормальности, права быть, чувства собственного достоинства. Буллинг лишает человека субъектности. Важным оказывается помощь в ее восстановлении.

После получения искренней поддержки разозлиться бывает намного легче. Когда ты лежишь на полу и тебя фигачит ногами толпа, сложно быть сильным и давать сдачи. Сначала нужно встать, отряхнуться и выдохнуть, а потом еще проплакать и проораться. Сделать это с поддержкой намного проще, чем самому. Конечно, лучше вовсе не терять опор под ногами. Но жизнь сложна и складывается по-разному. Мало кто после проживания множественных кризисов, которые могут любого закатать в асфальт, так уж бойко будет рассуждать о том, что надо просто вовремя давать сдачи и все будет ок. Злиться получится только после хотя бы частичного восстановления. Злость в этом месте — важный ресурс. Когда на вас нападают, позволять себе не только пугаться, но и злиться — означает становиться способным себя защитить. Часто это означает попросту — выжить.

© 2016 Мария Долгих
Шизоидный характер
Шизоид всегда должен усиленно стремиться к взаимоотношениям ради безопасности и сразу же вырываться из этих взаимоотношений ради свободы и независимости: колебания между регрессией к матке и борьбой за рождение, между поглощением своего эго и его отделением от человека, которого он любит. Такая «то внутрь, то наружу» программа (термин Гантрипа), всегда приводящая к разрыву с тем, за что в данное время человек держится, является наиболее характерным поведением для шизоидного конфликта. «Стремительное приближение и отход», «цепляние и разрыв», естественно, крайне разрушительны и препятствуют всяким связям в жизни, и в какой-то момент тревога становится такой сильной, что ее нельзя вынести. Тогда человек полностью уходит от объектных отношений, становится явно шизоидным, эмоционально недоступным, отъединенным. Это состояние эмоциональной апатии, отсутствие какого-либо чувства — возбуждения или энтузиазма, привязанности или гнева...
Нарциссический клиент. В поисках идентичности
Обычная чувствительность к одобрению или критике свойственна всем здоровым людям. Нарциссическая личность озабочена образом себя в глазах других и поддержанием собственного самоуважения, часто в ущерб всему, что ее окружает и может быть ценным в ее жизни. Степень личностных нарушений нарциссов простирается от уязвимой и не стабильной самооценки, склонности к депрессиям, токсическому стыду и зависти до серьезных зависимостей, девиантного поведения, сексуальных извращений и антисоциальных, садистических проявлений. Склонность к нарциссическим нарушениям закладывается в раннем детстве. На это отчасти влияют обстоятельства, в которых рождается ребенок. Но очень во многом будущий характер ребенка определяется чувствительностью, эмпатичным отношением к нему матери, и ее способностью достаточно хорошо выполнять за ним уход, поддерживая эмоциональную связь с ребенком и помогая ему в важном процессе формирования идентичности.
Made on
Tilda