деспотичный партнер – жертва расщепления


деспотичный партнер – жертва расщепления

Деспотизм, тирания, насилие в отношениях – физическое, либо психологическое: очень частая тема для запроса на терапию.

Нарцисс, деспот, агрессор, насильник, психопат: так называют партнеров, которые строят отношения с помощью шантажа, угроз, манипуляций, обмана или физического насилия. Все это встречается в отношениях в разных формах – крайне часто. Намного реже об этом говорят вслух.

Сами по себе люди с деспотичными чертами характера, если они достаточно социально-адаптированы – это не больные психопатией (а по новым стандартам – расстройством личности). А скорее акцентуированные в эту сторону. Если описывать личность рисунком – то такой человек имеет очень явно выраженную выпуклость или угол в одном месте (какой-то яркий талант или способность), и, так сказать «впуклость» - провал, декомпенсацию - чаще всего в месте эмпатии, способности к сочувствию, установлению привязанности и теплым отношениям.

Как рождается деспот? Как и жертва – в расщеплении.
Деспот – это жертва наоборот. В детстве психика человека, чтобы познавать мир, расщепляет все объекты на плохие и хорошие. Психотравмирующее событие не может быть детской психикой адекватно воспринято, пережевано и ассимилировано – поэтому, оно тоже расщепляется и ребенок внутренне отождествляет себя либо с агрессором, либо с жертвой.

Пример:
Родители на глазах у 4х-летнего сына бьют ремнем 7ми-летнюю дочь за то, что та не уследила за ним. Для обоих детей это – психологическая травма, особенно, если порка, словесная агрессия, манипуляции и прочие жестокости происходят регулярно. Поскольку старшую дочь бьют – она уже находится в роли жертвы. А младший брат, наблюдая за сценой насилия, может для собственной безопасности психологически присоединиться к родителю – то есть к агрессору.

Что происходит, когда вырастает человек-жертва? Он ищет себе в партнеры агрессора – который будет дополнять то, что в жертве подавлено. Т.е. – сможет быть агрессивным, давать отпор, нападать. С этим же партнером жертва будет пытаться отыграть свою роль, чтобы завершить ранний травмирующий опыт, но – чаще всего – безуспешно.

Деспотичные агрессоры ищут жертву, поскольку та – золотое дно для его проекций. Такому человеку со временем нужно все больше и больше подтверждений извне – своей неуязвимости, силы, всемогущества и контроля над ситуацией и людьми, чтобы ни в коем случае не встретиться со второй частью своего опыта. Она выглядит в точности, как тот напуганный 4х-летний мальчик: который боится за сестру и за себя, растерян и не понимает - за что с ним так жестоки, испытывает вину перед сестрой, ярость и одновременно страх быть отвергнутым самыми важными людьми в своей жизни – родителями.

Этот сложный коктейль чувств и взрослому человеку не всегда удается выдерживать и осознавать, для ребенка же это – совершенно непосильная задача. Поэтому, не переваренный детский опыт капсулируется в психике, отодвигается на задворки, и ребенок просто выбирает стать тем агрессивным и сильным человеком, который может причинить боль, чтобы не стать тем - кому больно. Расщепленная детская психика может выбирать только из категорий плохо-хорошо. Здесь пока еще нет места для полутонов.

Но вытесняя способность испытывать одни чувства, мы волей-неволей вырубаем всю свою чувствительность. И живет человек, взрослеет, а живым себя не чувствует. Чувствует себя сильным, смелым, хитрым, расчетливым или изворотливым, злым. А живым – нет.

Для этого и нужен партнер-жертва – не только для того, что б его мучить. Это еще и живой человек рядом, способный и страдать, и радоваться, и получать удовольствие от жизни – восполнять собой те пробелы, которые есть в его партнере.

Обычно внутри таких отношений есть место не только насилию. Часто это очень выматывающие, сложные и болезненные, но очень ценные для обоих партнеров отношения - союз двух половинок, воспетый в литературе, музыке и кино, которые не могут друг без друга (читай – находятся в со-зависимых отношениях). На деле же такое партнерство больше похоже на союз двух калек – у одного ноги не работают, у другого руки. Каждому приходится выполнять какую-то работу в отношениях за двоих, и каждый не справляется с какой-то другой важной ее частью. И это вызывает много злости, неудовлетворенности и взаимных претензий.

Выход – подращивать свою вторую часть – которая в свое время не смогла вырасти. У кого-то это – здоровая агрессия, направленная во внешний мир и на партнера. У кого-то – способность любить, чувствовать, замечать себя и другого в отношениях.

Обретать целостность – не значит стать совершенным. Это значит – познакомиться с собой разным и научиться полнее проявляться в отношениях. Принять себя настоящего, со своими возможностями и ограничениями.

P.S.: Агрессор не может состояться без жертвы. В написании этой статьи я поставила себе задачу описать характеристики и особенности деспотичных партнеров. Но не смогла этого сделать – не обращаясь еще и к характеру жертвы. Как только вы перестанете быть жертвой в отношениях – для деспота не останется места.
© 2016 Долгих Мария
Псевдозрелость. Как жить в неуправляемом мире
- «Они слишком очаровательны, и язык не поворачивается назвать их «испорченными», однако для них в существенной степени характерен все еще не разрешенный инфантильный нарциссизм, и они отчаянно нуждаются в том, чтобы кем-то управлять, — для подкрепления своей самооценки. «Псевдозрелый» ребенок вырастает у нарциссических родителей в результате воспитания. Его преждевременно лишили родительской опеки, что привело к формированию ложной Самости, которая кажется более компетентной, чем есть на самом деле». Когда такой взрослый ощущает, что теряет управление над кем-то или чем-то значимым в своей жизни, это полностью рушит все его представление о самом себе. И тогда неприятное событие переживается уже не как факт какой-то локальной потери, а как серьезный кризис идентичности и мировосприятия.
Made on
Tilda